«Слух»: музыка и развлечения средневекового человека

Немецкий богослов Мартин Лютер как-то сказал: «Кто не любит вина, женщин и песен, так дураком и умрёт!»

Господь велел трудиться, а церковь заставляла жить в послушании и платить за грехи. Но обыденность и серость средневековых будней не могли полностью властвовать над умами. Общество Старой Европы умело развлекаться.

Чувства средневекового человека

Современность знает массу характерных черт проявлений эмоций. Этикет и нормы поведения в обществе накладывают определённые запреты на бурные всплески радости или недовольства. Подобные выпады могут вызвать негодование и осуждающие взгляды. Средневековье не было таким сдержанным: хохот был громогласным, слёзы неистощимыми, веселье шумным, ярость необузданной. Скромная и лукавая улыбка была характерна лишь для куртуазных мероприятий. Хронисты и художники не отмечали в своих произведениях означенные явления, а поэты и романисты брали на вооружение эти искусственные образы поведения элиты. Однако за рамками аристократического общества Средних веков можно наблюдать жуткие жесты и гримасы, истошный рёв и широко раскрытые рты, которые разражались смехом.

По свидетельствам многочисленных новелл, историй и произведений изобразительного искусства, смех вызывали повседневные и совершенно обыденные вещи: неожиданное падение в людном месте, ловкая проделка, острое словцо. И, конечно же, существует масса зарисовок на темы ниже пояса.

От хохота разрывались и площади рынков, и ярмарки, и улицы, и таверны. Церковь смотрела на всё это с опаской и презрением: неспособность держать себя в руках — это всё проделки тёмных сил. У клириков возникал резонный вопрос, веселился ли Иисус Христос. Ответ на него они не могли найти по объективным причинам.

Коллективная услада

Что несёт средневековому обществу радость? Конечно же, праздники. О поводах никто не беспокоился. В город въезжал господин или же на селе прошли удачные роды — честной люд закатывал пирушку. Также было предостаточно ритуальных и церковных дат: Сретенье, Пасха, Рождество, Вербное воскресенье, день Иоанна Крестителя, Троица, Вознесение и проч. Сопровождались церковные праздники либо поеданием блинов, свинины и баранины, либо хозяйственными работами: крестьяне жгли сорняки, уничтожали насекомых или животных. Конечно же, отдых был самым желанным и долгожданным явлением во всей Европе данной эпохи. На селе и в городской среде около трети суток в году были выходными. Как правило, из-за народных гуляний.

А какие праздники без процессий и музыки? Люди шли по городам и весям, пели хором с инструментальным сопровождением: на подобных мероприятиях присутствовали барабаны, флейты и другие инструменты. Сведения, прежде всего, относятся к церковной музыке, которая прошла большой путь: от римского наследия через арабское влияние до особых песен вагантов и трубадуров. Эпические произведения соседствовали с совершенно бытовыми сюжетами о любви, охоте, работе.

О народных праздничных песнях мы знаем немного. Средневековые миниатюры и картины авторов раннего Возрождения пестрят танцевальными сюжетами. Женщины и мужчины плясали отдельно друг от друга. В 15-м веке знатным европейцам было известно некое подобие «белого танца» — кароль. Церковь, опять же, смотрела на подобные вещи сквозь пальцы и осуждала. Однако сами клирики плясали у алтаря в кругу, держа друг друга за палец.

А как быть празднику без ломящегося от выпивки и яств стола, без похода в шумную таверну и, конечно же, без лихого мордобоя? Для привилегированной части населения на праздники приглашались скоморохи, кочующие музыканты и певцы, которые воспевали любовные дела и подвиги истинных рыцарей. Простой люд довольствовался драками один на один или с упоением наблюдал за процессом у виселицы. Были и более гуманные развлечения: на площадях выступали жонглёры, трубадуры, а позднее появились и театральные представления — мистерии. Актёры на подобных мероприятиях имели достаточно свободы, чтобы показать сатиру на власть. Спектакли и представления были бесплатными и независимыми, однако к 14-му веку городские управители взяли под своё крыло артистов, чтобы избежать придирок со стороны церковников.

Простой человек шёл вместе с процессией, распевал песни, хлопал в ладоши талантливым артистам, пил в кабаках и иногда участвовал в коллективных драках. Подобные вещи приносили ему удовольствие.

Подвижные игры

Для человека эпохи Средних веков игра — это всегда наделённая смыслом деятельность, которая могла подарить славу или деньги. И совершенно неважно, что ждало участника: бесславное поражение или головокружительная победа. Он всё равно сражался и шёл на риск и хитрости. Игра вызывала массу самых разных чувств и эмоций. Священнослужители ещё с 9-го века сформировали своё отношение к подобной деятельности: это бесполезное и бессмысленное занятие, отнимающее много времени, которое следовало бы посвящать молитвам.

В городах народ играл в мяч или лапту. Первое напоминало современный большой теннис: шарик из соломы или шерсти перебрасывали через сетку или деревянную стенку с помощью своеобразных деревянных ракеток. Лапта была более массовым, командным развлечением: играли всей семьёй, цехом и даже кланом. Средневековая лапта может показаться сейчас довольно травмоопасной: твёрдый предмет из дерева пинали руками, ногами, а иногда и палкой.

Широкую популярность в народной среде средневековой Европы получили настольные игры, особенно азартные, в частности кости. Играли все: от бедняков до крупных магнатов. Разумеется, на деньги. Масло в огонь подливала окружающая игру среда: шумные таверны, алкоголь, оружие. За хитрости или жульничество можно было получить кулаком или кинжалом. Карточные игры в Европе появились лишь в 15-м веке на заре эпохи Великих географических открытий.

Средневековая сфера развлечений несла массу позитивной энергии, но чрезмерная эмоциональность европейского общества накладывала свой отпечаток и на неё. Праздники, игрища, пирушки могли как сблизить самых разных представителей социума, так и обострить отношения между ними.

Текст: Алексей Медведь. «Дилетант»

Изображение (фото): Франц Николаевич Рисс "Скоморохи в деревне", 1857 год. Музее В. А. Тропинина, Москва